Алексеев Юрий - Бега

image
+5
В избранное
32
Автор:
+1
06:54:23
Роман «Бега» — остроумная, блестящая, смешная и непредсказуемая история, написанная в 60-е годы прошлого века одним из лучших фельетонистов ведущего юмористического журнала страны Советов «Крокодил» Юрием Алексеевым. Игроки, сотрудники газеты, окологазетные дельцы, скульптор, страдающий гигантоманией, разного рода прохвосты, богема и липнувшие к ней личности с неопределенным прошлым и еще более туманным будущим…Все, как сегодня: смешно, абсурдно, нелепо. Но очень правдиво и безумно талантливо.

4 комментария

по умолчанию последние лучшие
ElenaArtemeva
«Секта Голубого Козла», «Село с поэтичным названием „Большие крохоборы“, „замерял высоту потолка глазами“, „Аль Капоне из Сыромятного переулка“, „колибрипийца“ :))) Ой, вспомнила детство золотое… :) Как приезжала к бабушке и дедушке в деревню, и находила у них в серванте (! — кто помнит, что это такое? ) библиотечку „Крокодила“ и читала эти милые сатирические рассказики из советской жизни. Сейчас слушаю этот роман и наслаждаюсь. Никто так уже не пишет. Всякие смешные словечки, выражения — и всё это оттуда, из той жизни, которой больше уже никогда не будет — ни моих 10 лет, ни этого строя с его проблемами, которые спустя 40 лет смотрятся как недоразумение. Напоминает атмосферой передачу „Кабачок “13 стульев».
Рекомендую: ровесникам — для воспоминаний, молодежи — для расширения кругозора, всем — для хорошего настроения. :)
ElenaArtemeva
«Она любила вещи, как моль». :))) Отлично сказано!
ElenaArtemeva
В редколлегии родилась новая формулировка: «Восемь человек „за“, один не понял». :)
ElenaArtemeva
«С утра пораньше он повез Золотарю давно обещанную собаку. Звали ее Шарик, но свою кличку она игнорировала.
Пес был огромен, ушаст и, судя по прозеленелой медали, умен. Тем не менее он обошелся Гурию Михайловичу даром, за одно обещание: передать в хорошие руки. На этом прежний владелец особенно настаивал, но отдал пса с нескрываемой радостью и прибавил от себя на дорогу батон колбасы.
На прощание Шарик обнажил в зевоте моржовые клыки, щелкнул ими, как затвором, и без уговоров полез в машину.
По дороге к Золотарю Шарик мрачно жевал колбасу, вытирал морду о заднее сиденье и дышал на Белявского чесночным духом. Управлять машиной становилось с каждым метром все труднее.»

Оставить комментарий