Герман Юрий - Один год

image
+8
В избранное
31
Автор:
+22
Fantlab: 7.73/10
24:49:50
Аудиокнига также доступна в озвучке: 
Козий Николай (2010 год) +5
В 1950 году на основе «Двух повестей» Герман создал роман «Один год» (позднее совместно с Б. Рестом была написана пьеса «Один год»; история Жмакина использована и в сценарии картины «Верьте мне, люди!»). Здесь значительно больше действующих лиц, чем-в повестях, шире развернута картина борьбы разных лиц за судьбу Жмакина. Автор глубже показал деятельность Лапшина, которому нередко приходилось в Управлении милиции вести бой с работниками равнодушными, а то и преступными… Это, по существу, новое произведение, хорошо принятое читателями.
Но, признавая несомненные достоинства романа, следует заметить, что в нем нет той художественной завершенности, которая отличает повести «Лапшин» и «Жмакин». «Две повести» написаны, как говорится, на едином дыхании, в них нет ничего лишнего. За внешним движением сюжета, за поступками и речами действующих лиц ощущалось нечто большее, чем было прямо высказано автором. Герман продемонстрировал мастерское владение подтекстом. Картина обретала глубину, характеры — многозначность. К сожалению, многие ситуации, перенесенные из повестей в роман, при переделке утратили эту объемность изображения.

1 комментарий

EkaterinaKlimashina
Прекрасный фильм Мой друг Иван Лапшин представляет собой то, чем мог бы быть этот роман, если бы соотнести события с какой никакой реальностью. Прекрасное исполнение Заборовского придает эпичности описаниям вроде того как Дзержинский каждый день по вечерам обходит каждого ( каждого) сотрудника ЧК чтобы узнать как тот живет и не надо ли чего. Советует почитать Гоголя. С тех пор начальник угро иначе как с томиком Шиллера в кабинете не сидит. Шиллер, правда пишет про королев, но нач угро тут позволяет себе широту мысли. Все урки его так уважают что мечтают попасть к нему на допрос и расколоться. Ведь тогда они быстренько отсидев смогут наконец начать трудовую жизнь на бадаевском заводе. Я не преувеличиваю. Но это только классово близкие урки, классово далекие бандиты кулацкого, поповского, гнилоинтеллегентского или не д.б. дворянского происхождения до конца упираются в бессильной ненависти сами преближая неминуемый конец. Если бы не Заборовский, этот кошмар совсем невозможно было бы слушать. А так прокатывает как антиутопия.

Оставить комментарий